Авторизация
Пользователь:

Пароль:


Забыли пароль?
Регистрация
Заказать альбом


eng / rus

Перформанс

Культура стеба.

Как говорила Майя Плисецкая – сначала люди стали общаться жестами.  

Выражение эмоций и смысла посредством жеста сопровождало человечество с первобытных времен, и являлся необходимой составляющей ритуальных таинств и не менее ритуальных танцев, начиная с символизма индоевропейских хороводов, кончая ритуальными охотничьими мистериями африканских шаманов и инуистких танцев Шивы и Кали. Постепенно обретая характер  полноценной культуры, жест лег в основу первых Этрусских и греческих театральной мистерий под названием  хисторий. Поэзия и танец оснащенные жестом  и символизмом развивались в рамках театра,  параллельно  с  профессионализмом утрачивая народничество и распадаясь вместе с кастовым делением общества. В воинской среде развитие подобной культуры  жеста мы можем  усматривать в символических поединках совершавшихся  до  битв всего войска. При этом зачастую поединок сопровождался взаимными оскорблениями носивших ритуально магический характер, нацеленный на деморализацию врага. В ирландской культуре подобное ругательное высмеивание носило название бардит, и являлось атрибутикой целого социального среза, представители которого проходили длительное обучение. Именно из этого класса, впоследствии, вели свое происхождение  средневековые трубадуры и барды,  скоморохи и дервиши.Когда культура жеста окончательно превратилась в полноценный театр в  аристократической среде, балаган и цирк обосновался в народной. Так же культура жеста и острого слова развивалась в уголовной среде, где потребность в подобном виде оснащения была жизненно необходима для лидерства и наезда. К чему такой длительное и серьезное  вступление?

 

Все просто- это тот самый стеб и есть. Издевательское эстетически выдержанное высмеивание. В данном случае, стеб на полном серьезе. Иначе станет совсем грустно.  От понимания того, что общество на полном серьезе порождало различные субкультуры, черпая из омута древних традиций составные части в виде танца, поэзии, музыцирования,  приспосабливая под свои частные нужды. И только в период глобального кризиса вспомнила о былом величии синтеза и первородной мощи этого древнего явления и первобытного драйва. Классовый снобизм  вылился в серию  буржуазных  революций и  сместил понимание культуры жеста с аристократического на буржуазный. Но она продолжала жить в аристократическом позерском дендизме и не менее романтичном позерстве уголовной среды. Серебряный век , период смешения культур востока и запада, науки и искусства, взял на вооружение  алхимический синтез всего в преддверии века Золотого, но по причинам технического прогресса, навязчивого материализма  и сумасбродства политиков, с началом оного пришлось немного погодить. Пока  окультуренное общество не поколбасит друг дружку в течении почти сотни лет. При этом двуполярное развитие культуры жеста продолжилось наряду со сближением высокого и вульгарного творчества через выходки модернистов того периода. Родился новый аристократический театр в виде классической ныне оперы и нового театра, на что народная среда ответила клоунадой и цирком уродцев Барнума. Промежуточное синтетическое звено между ними занял авангардный театр. Урбанистическое общество начало формировать новую мертвую  масс культуру вместе с нечеловеческим сублимированным баухаусом и конструктивизмом,  субкультуры ответили новым дикарством в виде жизнеутверждающих уличных импровизаций джаза, рока,  куражом уличных представлений  и выходок. А арт среда занялась параллельными театральными постановками и кино.

 

В Америке,  родине   джазовой импровизации и уличного танца новой волны, термин перформанс начала века  вскоре был  вытеснен термином хеппининг, обозначавшего в большей степени импровизированное  театральное действие в музыкальном аккомпанименте. В середине 20 века когда рокенрольное раскачивание настигло и Европу этот термин так же стал привязываться к театральному краткосрочному действию,  и в таком виде компилированном виде через арт среду попал в СССР.

 

Субкультурные же и фольклорные традиции  развивались своим естественным путем, не смотря на 70-летнее строительство «царствия божия на земле». Но неформальное бытие джазменов, стиляг и хиппи- артистическим жестом назвать можно было с натяжкой, поскольку подобные выходки  были характерны и студенчеству и рабочей молодежи  и максимум выражения позиций сводился к музыцированию, фланированию и бытовому хулиганству. При этом никто не отменяет неформального позерства и артистизма этой среды. Но представлением какого либо артистического жеста, кроме высунутого среднего пальца сжатого кулака, это все же не являлось. Так же как и сам термин этой среды «стеб» «стебаться», означавшего высмеивание, к сожалению  не носил публичного характера подкрепленного акционерством. И только в конце семидесятых в кругах московского концептуализма склонного  к сублимировнию событий и символизму,  действие наконец то было взято на вооружение и стали проводится какие то локальные акции в виде  концептуального действия. Подобное явление было поддержано  группой «КД», Михаилом Рошалем и Никитой Алексеевым. Эти действия носившие характер проявления внутренней философии и выражавшихся в символических действиях как «Семь ударов по воде», в скором времени сменились на эпатажные выходки хулиганствующей группы «Мухомор».  Которая взяла на вооружение неформальное  высмеивание  окружающих реалий, и премного в этом преуспели, проведя серию публичных выходок и записав свой «Золотой диск». Фундаментом для этой записи послужила  серия  психоделических хэппенингов (акции "Раскопки", "Метро", "Расстрел", "Нейтронная бомба"), и издание остроумнейших манифестов. В том числе и открытых писем как письмо Маргарет Тэтчер по поводу конфликта на Фолклендских островах. После трансляции фрагментов "Золотого диска" по "Би Би Си" последовали репрессии,  хотя  Гундлах,  Звездочетов, Каменский, и братья Мироненко никогда не были диссидентами.

 

Стоит отметить, что карикатурная эстетика свойственная  тому периоду, возникла единовременно в разных точках страны. И скоморошеские публичные выходки уже  проявились и в Северной Пальмире. При этом стоит отметить,вовлечение маргинальных элементов в творчество, в Ленинграде как более культурном городе, началось гораздо раньше чем столице. Чем, в свою очередь, обеспечивался быстрый старт новых самодеятельных проектов. Выходки «новых художников» так же как превращение свей деятельности в подобие игры, были свойственны всему  молодежному крылу деятелей, а  самодеятельная продукция  пробредшая  ярлык «газо-невщены» тоже становилась объектом модернистких выставок. Так будущий лидер «Новых Тимур Новиков, вырубил квадрат в выставочном пространстве ТЭИ и объявил дырку художественным объектом не меньшей ценности чем квадрат Малевича. Инал Савченков, не имеющий возможности выставляться, устраивал выставки в не приспособленных для этого местах.И в конце концов устроил несанкционированную советско-шведскую выставку прославившего его на весь город. Подобный характер носила акция  «Сожжение сует к 500‑летию казни Дж. Савонаролы», когда «академики» на кронштадтском форту жгли свои старые произведения.

 

Инал Савченков.

Отдадим должное Новикову. Он был единственный человек который носился по городу с какими то объединительными идеями, собирал и продвигал то, что считал новым и передовым искусством. Как то,  увидев то что я там малюю, он зайдя в следующий раз картин у меня не обнаружил и спросил куда я их дел. Я  ответил, что мол я их выставил и повел его во двор на помойку, где на кануне произошла моя очередная персональная выставка. Картин конечно же не было, и Тимур меня отчитал за то что я не понимаю, что делаю и тем более рисую, и что это ошибочно. А у меня была тогда идея, что художнику достаточно одной      картины, а все остальное это эскизы или мусор, поэтому свеженарисованные полотна тут же оказывались там где собственно и м и надо было быть. Я согласился и  стал рисовать в мастерской у Тимура, где использовал все краски которые Тимуру были не нужны. И вот когда моих картин поднакопилось достаточно количество, я спокойненько собрал их все и выставил на берегу Невы. Точнее просто их там утопил, объявив, что это никак не меньше чем советско-шведская выставка, и сильно удивил этим действием окружающих меня художников.

 

Этот период характеризует кулуарные и загородные концептуальные репетиции и какая то малозначительная разрозненная деятельность творческих групп. Но речь в этом разделе пойдет не о них. Другая ситуация назревала на улицах, где помимо коллективных действий спортивных фанатов постепенно проявлялись представления иного рода. Меломанские увлечения радикальной музыкой постепенно охватывали районы советских городов, что вылилось в какой то момент в артистический протестный вандализм основанный на местном фольке.

 

Андрей Гернеза.

Катализатором для творчества было свободное время и определенный круг знакомств. Есть люди которые бухают и бьют друг другу морды, есть которые плюс к этому ещё гонят постоянно какую то ахинею и бред. У нас был даже общественный бред-клуб. Невероятные истории- это типично бибиревская фишка. Какое то московское Габрово. Правда настолько же нереальна как и вымысел. Я потом даже пытался подвести какое то научное объяснение всему происходящему. Казалось что Бибирево построено на месте какой то помойки, которая до сих пор выделяет какой газ от которого все дуреют. Поэтому молодые люди могли себе позволить играть в шахматы на зашивание рта или в карты на прибивание гвоздями к дверям. Вот так и появлялись брутальные  шайки, типа нашей. И ладно бы так вела себя только молодежь, так вели себя и родители этих подростков. Например, встречаешь на остановке мужчину в два раза старше тебя, и тот прогоняет телегу, что его ондатровая шапка, на самом деле из шкуры мамонта. Когда его упрекаешь в ненормальности, он показывает подкладку с канадским флагом и втирает, что музеи поставляют, а кто то шьет. Когда упрекаешь что мамонты это большая редкость , тот отвечает что это кости большая редкость, а шкуры в Сибири в каждом сугробе(смеется)

 

Сергей Окуляр.

Люди, большинство, не постесняюсь этого слова - мудаки. Я не имею ввиду Россию,  это во всем мире. Им что не дай- все надо. Втирают всякую лобуду- а они верят. Для них патриотизьм, становится главным в жизни. При этом положительном моментом урелов, всегда было то, что большая часть всегда стремилась к чему то большему и старалась «взболтать» ситуацию вокруг себя, и только немногие в этом процессе осознавали, что урела то на самом деле они сами и есть, и в конечном итоге от лоховства избавлялись. Люди-  дети доярок  и конюхов, бог весть откуда, в этом случае оказываются более гениальными и менее мнительными чем их родовитые односельчане. Тот же Владимир Cеменович Высоцкий, если посмотреть на портрет без бороды- это привет. Визуально, печать интеллекта отсутствует. Просто пособие по изучению древней антропологии.(смеется).Но до той поры пока молчит. Только откроет рот- как даст первобытного драйва! Ломоносовщина в чистом виде.

 

Юрий Орлов.

Точнее,  чувство протеста приобрело радикальные формы. И хотя я слушал Kraftwerk, при этом одеваясь как урел в телогрейку и сапоги, и лысый наголо быковал на улице.. Тогда не было никакой одежды. Были хиппи и гопота, как сейчас нынешние скинхеды. Почему-то у нас в стране вся жизнь сосредотачивалась на улице.  Чем больше похожи улицы, тем больше похожи люди,  ну и соответственно, тем больше начинается драк и выяснений отношений. А тогда верхом хулиганства было отращивание длинных волос и мода хиппи, причина по которой мы всем классом на лысо побрились и телогрейки как гопники надели. Татуировки правда не делали тогда, но у меня были друзья с татуировками. Дрались мы меж собой  дико, колами, цепями. И вот помню, здесь тогда еще не было никакого «Норд-Оста». Был просто Дом Культуры


Праздное безделие  и бесцельное идиотничание в какой то момент было поставлено на артистические рельсы в  среде будующих ленинградских  некрореалистов, где Андрей Панов создал на базе концептуального скоморошества проеки «Ау» моментально воспринятый как проявление советского панка, о  феномене которого все знали понаслышке, но всем понравилась таковая форма скоморошества и о группе, так же как и в случае с «Мухоморами»  заговорили «вражеские голоса».

 

Ник Рокенрол.

Почти все студенты слушали «вражеские голоса», и в передаче Юрия Осмоловского «запишите на ваш магнитофон» я услышал, что в СССР появилась группа «Автоматические удоволетворители». Я считал тогда и считаю сейчас, что Андрей Панов, который многое конечно же пернял у Жени Юфита, был наикрупнейшей фигурой на этот период, а быть не только на этот, но для этой страны. Был это конец 80-х, возможно 79  год. И  вот после этой передачи, на вопрос декана Ивана Ивановича Козлова «Кунцевич, вы куда во время урока?», я ответил, что мол со Свиньей знакомиться и удалился в неизвестном направлении. Я уже во всю музицировал с группой «Мазохист» выплескивая накопившееся внутри, читал стихи рабочим в автобусах. Вот такими речитативами я умудрился смутить и окружающих и наблюдающих. Выражаясь языком шершавого плаката, я сделал еще более жесткий «аут контрол», и  такие вот публичные выходки привели к конфликту с властями, в результате чего мы вместе с мамой вынуждены были переехать в Симферополь.

 

Люди принявшие подобную форму концептуального времяпровождения, будучи малочисленными и заметными, начали подмагничиваться друг другу и постепенно «панковские» выходки начали распространяться на улицах городов. Где люди пытались вооружить мысль словом и шуткой. Особую роль в этом процессе сыграло перемещение отдельных беспокойных лиц между разными городами, дававшими помимо новостей, представление об уровне развития движений и тенденций. Скоморошество праздно толпящейся молодежи и ее попытки посадить обрывочную информацию о стилях на местные корни становилось преинтереснейшим и забавным занятием, ложившегося в основу маргинального фолька и образующихся неформальных музыкальных групп. Этому способствовали идиотические реалии и городские сумасшедшие, взаправдашние юродивые, кружившие вокруг стаек маргиналов,  у которых тоже было чему поучиться.

 

Миша Бастер.

Да ходили такие  красавцы по улицам и иногда даже заруливали на неформальные концерты. Помнится я дико завидовал шикарному слогану который я увидел на значке цивильного вида дядечки. Это был переделанный советский значок на котором корявой ручкой было написано «Я редкостный мудак». Но, период требовал оригинального подхода, и заимствования не поощрялись. Был еще такой хиппан, который ходил с покрашенными зеленкой волосами у которого был портфель с застежками на противоположной от ручки стороне. Снизу и выглядело это эффектно. Сначала непонимание, потом эйфория.

 

Клэш.

Да, такая тема со значками, высмеивавшая коллекционеров и Брежнева присутствовала и была распространена. Помню на Пушке ходил такой абсолютно нормального вида пожилой человек у которого были значки сделанные из оформления плавленых сырков «Виола» за что его прозвали Властелин мира.

 

Дима Хенк.

Тусовка на Пушке до фестивального периода действительно была разношерстной.

Тогда же появились первые представители постпанковского вида, Грюна и Джуса.

Как любил  рассказывать сам Брюс ли Джус, он занимался астральными единоборствами. К тому же он  умудрялся одновременно быть гениальным поэтом, фотографом и художником. Саша Грюн в паре с изобретателем терминвокса Лешей Блиновым устраивали уличные перформансы, а мы тогда уже повадились делать первые «дестройки», и били цепями витрины в крупных центровых  универмагах. В этих акциях творческого вандализма участвовали радикалы с позывными  Сид, Панкиш и Утюг. Причем Джус был настоящим прогрессивным интеллигентом, владевший восточными единоборствами и позже в конце 80-х открывший секту кунфу. Занятия проходили в помещении школы, и половина тренирующихся состояла из Панков и хиппи, а половина из продвинутых милиционеров. Но совместным спаррингом после занятий я если честно не припомню(смеются)

 

Сергей Окуляр.

Возвращаясь к корням хеви металла, я очень люблю задавать вопрос, когда впервые люди увидели сложенные пальцы в металлистическом приветствии? Никакие не иностранцы, а наш советский режиссер Роу, впервые в истории человечества отобразил сей феномен в фильме «Марья Искусница».Там был помимо бесподобного Милляра и пиратов, главный отрицательный персонаж под позывными Водокрут Тринадцатый. Настоящий металлюга с зизитоповской бородой и длиннющим хаером в клепанном сюртучке. Так вот именно он, подходя к волшебному зеркалу складывая ручками «козы» говорил: Кривда бабушка, прямое окриви, кривое опрями…»Вот это и был самый настоящй русский народный хеви метал. Это был 53 год. Не какой нибудь Ацедеце. Они уже предвидели всю эту пиратскую тему и культивировали персонажей в этом стиле. Тот же Бармалей. Поэтому у нас были такие же простые подходы как русских сказках. Это потом все усложнилось, появились новые стили, фьюжен. При этом мы переводя тексты, часто переиначивали все карикатурно и весело.

 

Леша Уксус.

Собственно через Хенка приходило достаточно много музыки и гона как оно все, по его мнению, должно было быть. Мы с ним еще ,помнится, хотели устроиться в цирковое училище. Да, фольклор  и общение было развитым и пререиначивалось все подряд. Помимо постоянных попыток довести друг дружку до белого каления, были еще боевые мантры на подобие фанатских кричалок. Как заслышал «Tuch to Much»-  в руки колья, и х@ячь.

 

Карикатурные безумства не укладывались в понимание сторонних наблюдателей, а стражей  общественного порядка вынуждали проводить психиатрические исследования в маргинальной среде, по старинке, заканчивавшихся психологической проработкой и собеседованиями. Речь шла конечно же не о сумасшествии, а о выяснении причин «ненормальности», которые заканчивались очередной порцией скоморошеского стеба с переменными результатами для шутников. Рецидивные же случаи неуправляемости, незамедлительно карались помещением в изоляцию от благополучного советского общества в подростковые стационары. Все это выливалось в игру «казаки-разбойники», и беспокойники часто ударялись в бега, сея безумства и веселье по всему маршруту передвижения. Так же как и спортивные фанаты, группами сопровождавшие футбольные клубы на выезде. Подобное положение вещей продлилось вплоть до 90-х.

 

Уксус.

После школы, я написал какой то стишок, и тут же был упакован на  обследование, на соответствие с образом советского человека. Там же  от скуки учинил дебош, запустив стол с таблетками в медсестру и попал на заметку к  исследователям человеческой психики. Им видимо казалось что причин для беспокойства в обществе того периода не существует и протестовать не  стоит(смеется).

В общем- руки за спину, переселяемся. В больничке обнаружилось немалое количество музыкантов и поэтов- людей с усложненной внутренней духовной конструкцией. Были еще такие персонажи-вредители которые, работая на шоколадной фабрике нагадили на конвейер и долго пытались объяснить врачам зачем они это сделали. Видимо, не получилось.

 

Я когда окончил школу, то был вызван на спецкоммиссию по делам несовершеннолетним, где меня должны были приговорить к какому то спец ПТУ, потому как работать я отказывался. А статью за тунеядство никто не отменял. По случаю в Москву приехал Коля Рок-н-ролл. Уже тогда на пафосе диссидента, железными зубами, мрачный. В кожаном пальто. Они что то там писали на базе Чудо Юда, а Хэнк делал вид что умеет барабанить.(смеется)

Вот. Собрал я после комиссии кой какие вещи дорогие(магнитофон, кассеты),позвонил Коле и «привет Москва». А он как раз уезжал в Новосибирск. Забились и  поехали. А в Новосибирске попали с корабля на бал. Только приехали, а там как раз день рождение, какого то персонажа из группы «Пути». Да. А я приехал с зеленым ирокезом и белый адмиральский китель у меня был. В общем, настоящий главнокомандующий. Там такого стиля не было, за что был причислен к иностранцам. Выделили нам лежбище, пригласили на открытие местного рок клуба. Короче познакомились с девушкой из бухгалтерии, которая по совместительству литовала текста. Я ей честно написал все текста «Консула» про любовь.(смеется)  В общем отыграли как обычно, шумно. Ник сделал себе харакири бутылочной «розочкой»,  и кровью нарисовал звезду со свастикой внутри. Я себе руки искромсал. Получилось нормальный такой суицидальный перформанс. Перепугали всю комсомольскую ячейку, когда Ник стал вместо песен про любовь петь свои диссидентские тексты. Смотрим, менты уже на подходе. Мы в окно гримерки сиганули и опять в бега. Поехали в Омск, потом опять в Новосибирск вернулись. А… ,Патрик Хромой еще с нами был. Он короче позвонил и сказал что Ника «приняли» и надо «ноги делать». Оказывается, это потом уже выяснилось, в Москве уже висели в розыске фотографии на стендах «их разыскивают за чем то», и метания мои уже вышли на уровень всесоюзного розыска.

 

К середине 80-х группы радикально настроенных меломанов окончательно выработали схему сосуществования с обществом, и моментально пополнили ряды новыми рекрутерами, потому как культура стеба прогрессировала и привлекала своей безудержней жизнерадостностью. Формированию подобного способа шутейного противостояния во многом способствовало и отечественное кино, возвеличивавшее социальную комедию с ее карикатурными отрицательными персонажами, и фильмы подобные «Легенде о Тиле», предлагавшего вполне эффективную схему  политического пересмешничивания. Усиливавшийся прессинг на улице и через газетные фельетоны и ругательные статьи, придавало этому противостоянию ауру революционности. А де эстетские уличные представления и скандальность, превращало зарождающееся творчество в подобие зарубежных молодежных бунтов, информация о которых уже докатилась до закоулков советского общества. Все это привело к пониманию, что движению нужны рупоры, и рупоры творческие. Так постепенно стали появляться творческие коллективы, переносящие уличные перформансы на полуподпольную сцену.

Конечно же эти начинания приветствовались, уличными «художниками жизни», не смотря на низкокачественное звучание. Главное заключалось в позиции.

 

Эдуард Ратников.

С тусовки в Парке Горького 1984 года понеслась тема с гуляниями огромными толпами по городу. Встречались  днем сидели до 9 вечера, а потом проверенным маршрутом от Парка вдоль садового кольца на Арбат. Вот такие вот народные гуляния осуществлялись по бульварному кольцу, с задеванием прохожих и забиванием гопоты.  Осваивалась территория под себя, и возможно эти гуляния, массовые на фоне безлюдных московских улиц, спровоцировали прессинг со стороны властей,  не понимавших смысла происходящего, но дико боявшихся каких либо волнений народных масс. А у нас не было  иных целей кроме как общности на теме рок музыки и подросткового куража. Никто не хотел и не ставил цели нанести какие-то увечья, все эти похождения сопровождались диким ржанием и комичными выделываниями коленцев, и «страх унд ужас» в серьез воспринимали разве что службы правопорядка и пожилые коммунисты видевших во всех этих проявлениях пресловутое «тлетворное влияние запада». Безумное поведение и общение было высшей идеей, и хочу отметить, что алкоголя было мало, и он не занимал какого либо места в нашей жизни. Драйв и кураж питался от солнечных батареек в отчасти патлатых головенках и от ритмичной тяжелой музыки. При этом никто не врубался в какие то идеологические подоплеки и  внутренний барометр сам определял что такое хорошо и что такое плохо. Раздражали жлобы и гопники, а так же те кто вставал на пути и запрещал нам делать то что мы хотели и слушать то что мы хотели. И однажды изменив маршрут, мы пошли вдоль набережной. Отдельные композиции уже имели маршевую основу и как то сама собой пришла идея маршировать под «Твистед систер». Картина Репина приплыли, толпа металлистов построенная мной марширует по набережной. Об  эффекте произведенном на москвичей и гостей столицы можно только догадываться, хотя откровенно прикинутых металлистов были единицы. Никто и ничто не могло встать поперек нашему стебу и драйву. Часто в авангарде этих похождений находились Гриша Фары –Гары с Женей Круглым, которые носились, к примеру, по Трубной площади, вбивая водосточные  трубы ударами своих отчаянных голов, чем приводили в смятение редких советских прохожих.(смеется)

 

 

Сергей Окуляр.

Что там нужно подростку, две куржки пива и драйва приключения. И вот когда простые работяги кидающие в пивные автоматы свои 20 копеек, честно работавшие на заводе на протяжении сорока лет и  уже к тому времени, решивших что ничего в этом мире изменить нельзя… Они, встретив эту шоблу, начинали тихо пятить и чуть ли не на месте тихо умирали с мыслями- все, Армагедон.(смеется).Появление этой толпы на улицах Москвы уже меняло ситуацию, смещая вектор восприятия у населения. Выходило что  можно собираться больше трех человек и веселится не только в специально отведенных под это места. При этом уже тогда начинали появляться на подобных мероприятиях люди из общества, которые впоследствии продолжали появляться  на всех тусовках, вплоть до президентских банкетов.

Вот так и формировался тот самый костяк,  о котором нынешние неформалы знают только легенды.

 

 

Дмитрий Якомульский.

Я знал что в до перестроечный период, в Ленинграде, уже существовали первые панк коллективы. Что есть фактурные люди типа Алекса Оголтелого. Но как то не удалось пересечься во время немногочисленных визитов в город ни с ним, ни со Свином, ни с Юрой Скандалом. Хотя и без этого могу сказать что такие, которые чисто по русски восприняли «панк революцию» были только в Москве. Русский народный панк со всеми атрибутами русского бунта. Единственно кого я по настоящему уважал это был Одинокий, он мне чем то Высоцкого напоминал,  наверное подходом к вещам. Как то по дороге к нему меня прижали местные уголовники, стали ножичком перед носом водить, а Одинокий увидел это из окна. Выскочил и такую истерику закатил, что все уголовники в миг рассосались. «Режьте меня! Режьте меня!».(смеются) Настоящий человечище, с большим человеческим сердцем. Наверное, по этому и не выплыл в этой чернушной среде. Жаль.

 

 

Дима Мертвый.

- Помню историю про то, как однажды Свинью отловили афганцы какие то, отдубасили и с собой по квартирам своих боевых товарищей водили. «Во, смотри, вот это панк».  Видимо у них такая общепринятая традиция знакомств была. В общем, жизнь не оставляла шансов быть пацифистом и одиночкой. При этом большинство тусовщиков росли в одних и тех же районах, тусовались в одних и тех же местах- поэтому  за несколько лет тусовка превратилась в некую коммуну развивавшуюся параллельно или даже поперек социуму.

При этом помимо коммун образовывались даже панковские семьи. У нас тут даже свадьба неформально-официальная была. Жаль, что позже молодожен на машине разбился, а тогда было весело. Вся тусовка в  ЗАГС пришла  с ирокезами. Все забавно выглядело в окружении нормальных советских пар, и реакция была неоднозначно шоковой. Некоторые  фыркали и спрашивали: «Ну и где у вас невеста?». А невеста была как надо. В такой кожаной юбке,  и крашенными светлыми волосами. И вот тетенька , ей надо говорить советские правильные слова, а она видит что происходит какой то глумеж. Но она все равно улыбается как может и бубнит про будьте счастливы.

Иногда было вполне весело. Я про себя говорю, да и если бы такого артистизма не было. То что вообще могло бы быть в те годы? Работа- дом- семья-могила. Ужас безысходности.

 


За свои выходки «перфомансисты» часто и сильно получали от перевозбужденного трудового народа. В то время как пресловутая интеллектуальная богема восхищалась  складывала легенды про панковские похождения и эпатажные выходки модернистов. В этом срезе становится понятна очень простая истина – массовое сознание культивирующее в наше время псевдо аристократическую эстетику и возводя ее в классику, бдительно стоит на страже своих иллюзорных идеалов, и отсекает подобные проявления на подходах. По тому  как любое юродство которое так же вписывается в каноны этого классического жанра, направленное на жесткое высмеивание символов масскульта  вызывает одновременно многослойную реакцию в виде; разъяренных низов, сталкивающихся с тем, что заставляет их задумываться, пускающих слюни верхов, мнящих себя  в достаточной степени информированными, что бы воспринимать скоморошество как развлечения самих себя. И интеллектуальной прослойки которая тихо вдыхая, по поводу собственной беззубости выстраивается в очередь поклонников подобного жанра. Сетуя на антигуманность происходящего. А неоюродивые, и неоскоморохи, со свойственной им  беспринципностью при всяком удобном случае показывали этой публике голый зад. Заставляя плеваться недозрелых аристократов своим псевдоаристократичксим стебом, выводя из себя мастеров массмедийного жанра,  стражей культурных  символов, коммунистических фетишей, и попросту беспокоя простое населения. Иногда, конечно же, впадая в состояние полной неуправляемости, и  перегибая  палку дозволенности, скоморохи получали затрещины от трудового люда, который в какой то момент пробуждения осознавал себя в абсолютно дурацком положении, и вымещал плоды своих озарений на тех, кто их из  зомбического состояния  вывел.

 

Вета Померанцева.

В 86 же году, я поступила в театральное училище, и кстати туда же сами поступили Панов  который тоже захотел воплощать  на профессиональной сцене свой наработанный годами радикальной деятельности творческий капиталец.

Да конечно же сразу захотелось приобщиться к миру прекрасного и мы с Андреем Пановым,  более известным в андеграунде как Свинья, нарисовав себе усы, отправились в консерваторию за получением своей порции  культурного наследия. Реакция снобов от культурной среды была соответственной, и наше ознакомление с культурным историческим наследием стало краткосрочным.(смеется)

 

 

Эти всплески народного пробуждения конечно же фильтровались и с появлением уличного театра и подростковых толп на улицах. Сатирические и гневные статьи сменились на информационную блокаду. В дополнение к телевизионной сатире( кастрированного стеба и опошливание  жизненных тягот и образов) возобновляются студенческие капустники и запускается программа КВН. Параллельно формируется эстрадный мейнстрим, включающий элементы радикализма и модные течения, как брейк и степ. Это приводит к формированию  танцевальных молодежных течений так же занимавшихся уличными танцевальными перформансами. Все остальное попало под очередную порцию прессинга, нацеленного на то что бы загнать экспериментирующие столичные группы под контроль комсомола.

 

Мила Максимова.

Но сравнивать это все с группой «Вектор», бессмысленно. Там танцевали на другом уровне, хотя можно еще отметить,  Саша Рубин, ныне тоже покойный, Сашу Нуждина, который работает сейчас на радио «Максимум», и Костя Михайлов, который гениально танцевал «электрик буги». Костя умудрялся исполнять танцы в немыслимых для человеческой конструкции наклонах. Леша  Герулайтис, исполнявший «робота» так . что люди подходили потрогать- живой ли. Он по моему,  до сих пор  местная достопримечательность Лос-Анжелеса, так как 10 лет подряд с каким то негром делает один и тот же номер «робот-полицейский». Был еще один персонаж с позывными «Крейзи», который  «танцевал» Майкла Джексона и искренне расстраивался по поводу того что родился не негром. Причем  клонов Джексона по Москве расплодилось немало. Фигура для того времени была знаковой, и многие стремились обезьянничать именно с него. Причем некоторые, типа «Крейзи» исполняли все эти ужимки гораздо лучше оригинала, и величайшим счастьем для подобных исполнителем было стать обладателем носков с люрексом, как у их кумира(смеется). 

 

Олег Хак.

Радикалов в середине 80-х особо не было нигде, и молодежь формировалась по двум направлениям- «ньювейв», термин под который попадали и новые  стиляги, и «депешисты». Брейкеры были, но довольно непродолжительный период, буквально сезон. Мы тоже ничего из модных тенденций не пропускали, но оставались в собственном стиле. Любопытно было наблюдать все эти метаморфозы. Подростки с утра просыпались ньювейверами, а засыпали брейкерами. Причем каждый стиль нес в себе свои псевдо концепции. Такой подростковый самообман, что мол это все обязательно что то должно значить, и мы уже слышали или читали, что именно так оно и есть.(смеется)

Все эти частые смены имиджей в итоге приводили к замысловатым  смешениям и появлениям вовсе карикатурных деталей. Удовольствие было одно, быть непохожими не только на окружающих, но и на самих себя. Уйти от формы, чтобы обрести новую. Вместе со вкусом оттачивались навыки предприимчивости и юношеской смекалки.

 

В Москве были и до этого стиляги, но мы были иные-«широкие». Собственно так нас и называли из за  покроя в стиле 30-х, и можно было в один день пойти стиляг погонять, в другой день «волновиков». Были некоторые собственные изобретения- портфели, броши. Вид был настолько неопределенно вызывающий, что когда нас попытались прижать любера в «Метелице», в самый решающий момент они как- то не сообразили, а за что же нас надо бить. Я даже пытался их уверить , что являюсь на самом деле металлистом ,тыкая в брошь с камнями на пиджаке, но потасовка так и не состоялась. А поездки по дискотекам, бурно развивавшимся в 85 году, были регулярными. Собственно рост подобных заведений можно связать с проведением в Москве фестивалем молодежи и студентов.


Эффект подобных действий получился двоякий- наряду с формированием эстрады для бедных, смешение жанров проявилось в уличном маскараде с общим названием «ньювейв» и «хеви металл». Некоторые экспериментальные коллективы получили доступ к концертным площадкам, а уличные неформалы новую систему коммуникаций, поддерживающую  авангардистские проекты. Этот же период известен по канонизации некоторых отдельных радикальных деятелей тусовок, задействованных в виде участников художественных перформансов «Ассы»,«Популярной Механики», и костяка групп поддержки экспериментирующих музыкантов. При этом радикальные проявления советского панка получили новый вектор развития в виде панк-хардкор стиля и связанного с этим уличного маскарада. Начало люберецкого движения так же способствовало развитию этого жанра. 

 

Леша Уксус.

Большую половину легенд про панков придумали хиппи, из зависти. За это мы им урны на головы и одевали. Именно за эти самые россказни про какашки и чуханизм.  Если акты вандализма совершались, то совершались  они не от чуханизма, а в публичных местах и намеренно. Можно было и фекальную акцию устроить, но этот цирк не бесплатный, вполне себе травмоопасный. К нам особо то и не подойти было, все иностранцы вежливо спрашивали разрешения, что бы просто сфотографировать.  Это говорило о том, что у них был уже опыт общения с подобными маргиналами. А тех кого называли «панками», сами себя «панками» никогда не считали, и по сути ими не являлись. Это были и есть люди  из вполне нормальных семей с выработавшейся аллергией на  жлобство и  продажность. Рин –сын профессора, Свин –балет мейстера , Бастер – хореографа. В общем нормальные, вменяемые люди. Именно по этому с западной модели было частично скалькированы отдельные атрибуты, лозунги, но не более того.  Поэтому и задачи были практически одинаковые- выставить и себя и окружающих идиотами, последних желательно в неудобном положении. Условия  в совке были несколько иные, хотя суть протеста совпадает. Бесперспективность. И когда кто то спрашивает о какой то программе, о смысле панковских бунтов- они еще более идиоты, чем те кто выходит на улицы. У тех кто выходит –намеренный идиотизм. Это именно бунт без причины- все и так понятно.

 

Леша Кот.

Наши «невинные»  шалости доводили советских граждан до состояния исступления и как следствие переоценку внутренних ценностей. что собралась удивительно редкая кампания клоунов, которые умудрялись высмеивать все с особым  молодежным цинизмом. В ход пошли психологические схемы и кругозор  меломанский расширился за счет общения  от хеви металла до  новейших авангардных групп и художественных течений. Процесс перманентного стебалова вел к тотальному раскрепощению, которое держалось в рамках уличного пацанского опыта. Весь драйв от музыки помноженный на хохот, составлял основу движущей по жизни силы и новоприбывшие люди проходили тест на стеб. Все сыпали афоризмами, шутки и анекдоты сочинялись на ход ноги, и так создавался тот самый пресловутый неформальный фолклор, о котором еще долго рассказывали в своих опусах и воспоминаниях перекрасившиеся комсомольцы. Все люди с серьезными намерениями либо простебывались, либо отшивались и плотность событий, а так же их значимость для трещащей по швам системы, были ужасающими.

В итоге, все порой фантастические, истории слились в одну, но длинной в несколько лет. Прикалывались милиционеры, стебались комсомольцы и простые граждане постоянно оказывались вовлеченными в наши артистические перфомансы, без которых не могло быть ни одного выхода на улицу.

Милиция вызывала ироничное равнодушие, потому что взрослые дядечки в форме рассматривали нас как приматов, а мы соответственно их. Типа, а это кто такой? А…ну ясно. Вроде не бомж, с пропиской, типа с жиру бесятся. Попадались идеологические противники из комсомольских оперативных отрядов, которых лихо срезали на базаре, что нам то на самом деле Запад не указ и мы сами по себе- это просто вы уроды такие и  людей дурите с неизвестными науке целями. Стебали их по черному, до истерик. Это я сейчас понимаю, что все то над чем мы так смеялись и к чему относились с подростковой иронией, на самом деле оказалось, наиболее значимыми и  серьезными проблемами, сопровождающих всю историю нашей страны. Не было никаких политических  и идеологических знаний, телевизор отрицался на корню, просто появилась такая шутейная идеологическая тема, что во всем виноваты не евреи, а негры. Появился московский псевдо ку-клус-клан, на моде ношения значков конфедерации. Тем более что надо было кого то себе выбрать в противопоставление, а кого выбирать то в Москве. Евреи тогда как то на улице не фигурировали, знакомый азербайджанец был фанатом Деф Леппарда, «Кузня» в общем то татарский район- поэтому остались только негры, которых в Москве тоже особо никто не видел, но  как то они под эту телегу походили, потому что асоциальные подростковые элементы всегда пытались и пытаются до сих пор нагнать побольше жути на обывателя. Действия, которые благодаря нашему артистизму многим обывателям выдавались за чистую монету. Сам понимаешь, доверчивость наших граждан была уже стилизована газетными уловками про бесчинства белокожих наемников в каком нибудь ЮАР(смеются). Тогда вообще мы старались находить по возможности модно, как им казалось, одетых мажоров и стебали их до исступления. При этом габариты никого не смущали. Это была  отработанная система высмеивания, ныне в общении отсутствующая. Теперь все делают вид, что они серьезные или на самом деле чем-то озабочены, и любая даже самая жесткая ирония ложилась как надо. И все было можно.

 

Сергей Окуляр.

Сережа Джоник не брезговал ничем, был всеядным и кайф для него значил в этой жизни многое. Помнится как он то втюхивал  сапоги Гариковским французам, выдавая их за офицерские, то участвовал в роли вокалиста группы «Кепка», к которой относился несколько скептически.  Слуха не было никакого, но Джоник любил кривляться перед зеркалами так, как не мог ни Игги Поп, ни Мик Джагер. В этом он был, конечно же, чемпионом. Так же как в способности проехать на такси через весь город, заплатив таксисту 50 копеек. Таксисты немели от артистического гипноза.(смеется) Гарик Асса тогда возился Джоником, который был женат на Насте, внучке какого то  известного писателя,  и в чем то рассчитывал на него. Но Джоник был как кошка, которую нельзя приручить и она всегда будет сам по себе.

 

Или Гриша Фары Гары, детдомомский паренек, одевавшийся в супер старинные  плащи и рейнджерские шляпы 19 века. Когда в него влюбилась американская девушка и пригласила его в Америку, такой человек не мог не иметь проблем с визой. Природа над Гришей долго не старалась, и у него не было волоокого взора и журнальной внешности. Но, попав на собеседование, артистизм приобретенный за годы тусовок сыграл свою роль. На вопрос с какой целью он собрался посетить Америку, Гриша втер что он фанат Элвиса Пресли, а как раз сейчас у него юбилей, который отмечается в Мемфисе. Да вы что не знаете? Я мол, русский и то знаю. Позор.(смеется) Короче зачморил сотрудников посольства, за то что они не дают ему положить цветы на могилу Элвиса, и его пропустили. Чего он там только не делал, я уж и не припомню, но в итоге вернулся и сгорел за компанию с отрывавшимися товарищами. 

 

Дорога в центр города, на концерты или загородную толпу, всегда превращалось в балаган. И в силу этих обстоятельств, можно выделить московский метрополитен как отдельную площадку для событий периода 86-89 года. Неформалы, вовлеченные в модельерские перформансы и освоившие новые винтажные и уличные стили, продолжили свои выходки и культурное противостояние под землей.

 

Гарик Асса.

Метро само по себе андеграунд, да и деться от нас населению было не куда. Вот в таких ситуациях и устраивались спектакли. Кто то, панковского вида начинал приставать   к гражданам, граждане апеллировали к прилично одетым людям( а это были все те же панки но в шикарных польтах и плащах), которые якобы вписывались успокаивать хулиганов, а на самом деле советские люди оказывались зажатыми между панками по внешнему виду и панками ряжеными под людей. В результате весь этот клубок привлекал все внимание  вагона, и в кульминационный момент ряженые панки, разоблачались и ступор случавшийся  с советскими гражданами переходил в истерический хохот. И вот однажды, когда мы ехали на какой то концерт в вагон завалилось человек 20 люберов( а меньшими группами они редко перемещались), увидели Марго и стали на нее виснуть. Я могу лишь сказать, что наверное они сильно удивились, когда после того как захлопнулись двери вагона и поезд двинулся. Пол вагона сняло шляпы и пирожки, под которыми были ирокезы и состоялась санитарная зачистка. На встречающей платформе удивление было не меньше когда из вагона, с валяющимися и сидящими на корточках спортсменами, вышла группа солидно одетыми людьми весело что то обсуждавших.

 

Культурная революция набирала свои обороты, а жанр перформанса и стеба превращался в отточенное циничное психологическое оружие в борьбе против гопоты и люберов использовавших в речитативах уголовную практику наезда. Шло моральное уничтожение за полным преимуществом неформалов, потому как не может тупость и жадность победить в диалоге наглость и находчивость. С утра до вечера, под различную экспериментальную авангардную музыку, подростки грызли и стебали друг друга, оттачивая мастерство «стебалова» и вырабатывая иммунитет на оскорбления. Причем старались обходиться без мата и грубых выражений…

 

Гарик Асса.

Люди от происходящих концертов, сначала впадали в шок. А потом как будто заново рождались. Въезжает в тоннель вагон с серыми угрюмыми лицами –выезжают розовые, с улыбками до ушей.

 

Миша Бастер.

А еще подростки любили дискредитировать в метро служителей правопорядка. Артистично. По идее, преследования за внешний вид были на улице. А тут вроде как метро и деваться милиционерам некуда. Очень любили неформалы подсаживаться к таковым представителям и корчить рожи смешные. Народ смеется, а милиционеры  сделать вроде как ничего и не могут. Были и другие перфомансы. Юра Лимон, которого хиппи часто путали со Свином, покупал баклажанную икру выдавливал ее в метро на пол, и демонстративно делал вид, что застегивает штаны.Естественно провоцируя вызов милиции старушками. А когда возмущенные милиционеры просили все «это» убрать, Юра становился на четвереньки и с невозмутимым видом  подъедал икру, от чего у публики и милиционеров случался мозговой штурм пограничный с рвотными спазмами, и вся толпа разбегалась. (смеется) Но это было артистическое баловство. Не более. Адреналин. А сейчас девушки  и молодые люди месяц работают в поту, чтобы раз спрыгнуть с парашюта и стресс снять. Какая разница. Один и тот же идиотизм.

 

Сергей Окуляр.

Тусовка была волшебной и вовлекала в свои перформансы все окружающее население всех возрастов. Когда ко мне приезжал тесть, ветеран войны который жил в Литве,  я когда его провожал. То всегда одевал на него два напульсника и следил за реакцией. И вот когда в метро ветеран в коричневом костюме садился, пиджачок в локотках слегка задирался, и напульсники вылезали. Два напульсника-трехрядки, как у Роба Халфорда, люди сидевшие напротив сначала не понимали что происходит. Толи это ветеран –металлист, толи ветеран чуть ли не СС, это сейчас напульсником никого не удивишь, а тогда металлисты были настолько демонизированы советской прессой, что приравнивались к фашистам, и молодежь из вредности подыгрывала  этим слухам одевая фашистские пряжки и футболки с Гитлером. Реакция людей была сначала настороженной, а потом все понимали что это клоунада и начинали улыбаться. Или мы поднимаемся на Кузню. Впереди едет представительный Пузатый, а я сзади, пенснурик-очкарик, на которого никто не обращает внимания. И вот когда едешь по эскалатору лица людей спускающихся, вытягивались и челюсти отпадали. Для этого, в принципе, и наряжались. Что бы сместить градус в сознании окружающих. Им было так скучно и тошно, что наше появление вселяло в сердца смешанные чувства. К тому же устраивались «психические атаки» на гопоту, когда металлисты выстраивались и стройными рядами смещали советские людские потоки с улиц. При этом подростки стали равняться на подобное поведение,  на которых наша тусовка оказывала гипнотическое действие. Начался процесс раскрепощения не только у металлистов, но и у остальных субкультурок.

 

Леша Кот.

Это стебалово, вводившее в ступор окружающую среду стало настоящим оружием в руках таких художников-жизни как Женя Круглый и Гриша Фары Гары. Прекратилось же это явление  уже в начале девяностых, когда улицы Москвы заполнили быки всех мастей, и за стеб можно было не просто огрести, но и быть отстреленным чрезмерно серьезным прохожим или омоновцем. Но мы говорим о 80-х, когда Женя Круглый на Арбате, с хитрым лицом начинал кружить  вокруг путан, которые начинали нервничать и переглядываться между собой. Я же тогда представлял из себя хрупкого белокурого юношу, которого часто принимали за девушку со спины. А когда «девушка оборачивалась, то начиналась мозговая калькуляция, потому как не бывало девушек с бородой и усами. Круглый же был яркой противоположностью, и становясь на колени перед путанами, подползал к ним, выхватывал бутылку недопитого кефира и с криком «чернобыльский кефирчик» выливал ее себе на голову. Путаны  имитируя крики перепуганных ворон разбегались в разные стороны, а Женя несколько не смущаясь шел отмываться в близлежащее  кафе, сея хаос и непонимание в советском пространстве. У него была уникальная способность абстрагироваться от  реальности на время выполнения своих артистических па. Шок на самом деле был по нашему, а не так как показывают это ныне в рекламе.

Женя был известным баламутом, способный раскачать любую ситуацию вокруг себя. Гуляли мы уже круглосуточно, и время неслось незаметно потому что вслед за одной выходкой следовала следующая. Женя, царствие ему небесное, был не обделен здоровьем и  часто любил переворачивать меня в воздухе и кидать в какую нибудь лужу из которой  я как-то барахтаясь старался забрызгать всю окружающую среду. Или шли мы гулять на Арбат где Женя находил каких ни будь путан.Женя вообще к ним питал какие то смешанные чувства и очень любил как ни будь подползти и укусить например за ногу.(смеется)

 

Миша Бастер.

Кусание за ноги прохожих как-то не попало в анналы истории, хотя пародирование животных инстинктов было в панковской моде. Помню сидючи на парапете на против театра Пушкина…Там был какой то спектакль и одна мимо проходящая дама видимо в целях получения дополнительных сексуальных флюидов со стороны кавалера,а быть может ее уже до этого кто нибудь обкусал…. Не суть, решила он в мою сторону как бы посмеятся и томно имитируя некое подобие испуга, самка человека с криком «ой защитите, а вдруг он меня укусит», спряталась за мужичка. Чем, несомненно, получила свою порцию оваций со стороны поклонников сценических досок и утонченного фиглярства. Спустя несколько минут меня на поводке какой то вольноотпущенной собачки начал «выгуливать» немалого роста хипстерствующий художник Леша Числов. Не вдаваясь в подробности половина очереди была обкусана и осмеяна в кратчайшие сроки, а театр не досчитался порядка 20-ти посетителей.(смеется)

 

 

Павел Фролов.

Даже мелкие массовки типо уличных перформансов Кота, Гриши Фары Гары и Пуза, присутствовавшего как фактура, пока эти двое выкрикивавших в переходах  лозунги «Ударим кооперативными сосисками по першингам», все это оказалось важным и влияло на массовое сознание обывателей, и даже сейчас встречаются люди, которые чуть ли не с благоговейной благодарностью вспоминают, что они тоже где то были рядом и все это видели. Был обозначен творческий подход даже для как бы праздного времяпровождения, и неформалы часто участвовали в акциях современного искусства того периода, параллельно преподавая наглядные уроки индивидуальности, зашуганному  мифами о КГБ, уголовниках и металло-фашистах  населению. Тех же, кого обозначали как панков, рядились во что только ни попадя, но старались на районах выдерживать общий  стиль, а вот выезды и домашние сейшены  превращали в бесплатный цирк, в процессе которого творили такое, что доводили обывателей  до клинического ступора, а друзей до коликов от смеха.

 

Cергей Окуляр.

 

Потом  когда началась эта свистопляска с обменом денег, тестю выдали целый мешок с десятками, которые уже нигде никому не были нужны, и принимали их разве что в палатках «Мороженое».Цены были такие, что на эту  кипу  разноцветной бумаги можно было шикарно наесться пельменей большой компанией. Ну а я, как обычно устроил представление как в «Мастере и Маргарите».Люди то не меняются. И вот прихожу я на день рождения Саббата, когда тот уже переехал в Крылатское. И  говорю, будем заниматься интересными вещами. И начинаю раздавать брикеты с десятирублевыми банкнотами. Даю ценные указания как дербанить пачки что бы они разлетались веером и валим всей компанией на балкон. Пузо настолько уже тогда был нищ и беден, что очень долго не решался кидать деньги. И начинается …. С балкона 14 этажа все эти брикеты начинают разлетаться по всему Крылатскому каким то немыслимым веером. Рыл то было 15-20ть, и все раскидывали брикеты. И тут началась движуха. Уже смеркалось, а внизу засуетились люди, дети. Кто то уже ползает с фонариками, все суетятся, ползают, бегут отовариваться в палатки.(смеется)

Для меня самым важным было отклонить вектор. Изменить человека нельзя, тем более в возрасте. Но изменить сознание, хотя бы в разговоре, хотя  на пару градусов- можно. Помните как в фильме «Пятнадцатилетний капитан» некто Негоро подкладывал топорик под руль корабля. Правда получалось не на пару градусов, а мать моя, на все девяносто. Но есть люди которые могут делать это с людьми в определенном возрасте, где то от 16 до 25-ти. И если такой Негоро находится, то он отклоняет вектор сознания чуть ли не на все 180 градусов. Если говорить о смысле таких отклонений, то они необходимы всем, иначе жизнь превращается в монотонную бессмысленную штуку.


Возможно, поняв эту часть бытия неформалов, хоть кому нибудь станет понятен вопрос, почему эти массы не были вовлечены в криминальные схемы, а творческие субкультурные проекты были обречены на  успех. Так же как возможно появится понимание, почему возникло негативное отношение участников данных проектов  к последующим мелким околокультурным копошениям. И, размежевание с тупым калькированием и эксплуатации «панковского» поведения в «беззубых» выходках «акционеров» последующих периодов, возможно тоже получит объяснение.

Если это окажется сложным для понимания, то сформулируем покороче.

 

Весь этот «жизненный фон» для концертной деятельности, авангардных проектов на базе «Популярной Механики», и иных локальных событий, в течение более пяти лет составляли единое целое культурного противостояния крушащимся штампами восприятия окружающей действительности. Так же, как и перманентной работой над формированием самостоятельности, духа свободомыслия, эйфории и радости.

И в итоге, уличный балаган вырвался на сцены, противостояние вылилось в творческий прорыв, но о нем следует вести повествование отдельно.

 

 

 


вернуться назад
© 2006-2011. Компост. Если вы заблудились - карта сайта в помощь
Рейтинг@Mail.ru